Трамп сделал шаг назад, отложив планы по «разгромлению Ирана» и объявив о ведении переговоров для достижения мирного соглашения — но что реально происходит сейчас? Является ли это перемирием, фактическим завершением конфликта или лишь временной передышкой в американо-израильской агрессии?
Израиль, формально поддерживая перемирие, на деле всячески пытается ему помешать — прежде всего, усиливая авиаудары по Ливану. Ливан не учитывается, утверждает Нетаньяху (а порой и некоторые представители администрации Трампа) — хотя невозможно игнорировать тот факт, что прекращение обстрелов Ливана было одним из ключевых условий, которые Иран предъявил для того, чтобы начать переговоры и открыть пролив.
Ясно, что если сегодня бомбардировки не прекратятся, уже завтра не будет никакой встречи в Исламабаде между делегациями США и Ирана, а Ормузский пролив останется закрытым для свободного прохода. Тем не менее, с большой вероятностью Израиль — возможно, с некоторой задержкой — временно прекратит удары, чтобы не ставить Трампа в слишком неудобное положение.
Кроме того, в таком открытом игнорировании нет особой необходимости: как считают израильские руководители, даже если Трамп искренне желает окончить войну, во-первых, ему, скорее всего, не удастся добиться прочного соглашения с Ираном, а во-вторых, Израиль в любом случае сохранит шанс сорвать согласованную сделку. Так что переговоры в Исламабаде состоятся.
Вопрос лишь в том, для чего именно они нужны. В каком смысле — с какой целью.
Для завершения боевых действий или же для очередного обмана Ирана (и собственного конгресса США), а также для подготовки новой американо-израильской операции. Именно эти две версии представляются наиболее вероятными: первая основана на заявлениях Трампа, вторая — на его действиях.
Однако здесь есть важные нюансы — даже два. Если бы Трамп действовал с намерением продолжить войну, у него не возникло бы нужды использовать уже применённую дважды тактику (в июне прошлого года и в феврале этого).
Получить паузу в военных действиях ради временного открытия пролива бессмысленно, если затем он снова будет закрыт из-за возобновления боёв.
Попытка отвлечь иранцев для нанесения внезапного удара (например, десанта на остров Харк или ликвидации нового рахбара) не имеет смысла — иранцы не найдут поводов для расслабления, напротив, будут предельно настороже.
То есть маневр с переговорами ради укола Трампа как отвлекающий трюк точно не нужен — переговоры необходимы ему как инструмент выхода из конфликта. Точнее, как предлог для выхода из войны.
Потому что не представляется возможным достичь серьёзного соглашения между Ираном и США. Даже не всёобъемлющего — основанного на 15 американских и 10 иранских пунктах, которые почти полностью противоречат друг другу — а хотя бы из нескольких ключевых: отказ Ирана от ядерной программы, снятие санкций США и открытие пролива.
Ни Вэнс с Голибафом, ни тем более Кушнер и Уиткофф с Аракчи не смогут договориться и подписать соглашение — хотя встречи в Исламабаде могут состояться, причём на очень высоком уровне. Почему? Потому что дело не в интересах самих США и Ирана, а в желании Израиля, используя Америку, максимально ослабить, а в идеале — уничтожить Иран как исламскую республику.
Цель — не сменить режим, а полностью изменить общественный строй и даже разложить государство по национальному признаку. У Ирана нет смысла вести переговоры с американцами, которые фактически выступают представителями Нетаньяху.
И Вэнс в этом смысле, несмотря на своё личное несогласие с атакой на Иран, ничуть не отличается от Кушнера и Уиткоффа, под покровительством переговоров с которыми готовилось убийство Али Хаменеи. Его сын и наследник Моджтаба также обречён, но явно не торопится встречаться с отцом.
Он не пойдёт на компромисс с Трампом и Нетаньяху по вопросам собственной безопасности или гарантий неприменения силы против Ирана — потому что это бесполезно. Тем не менее, он направит своих представителей на переговоры, поскольку стране нужна передышка, пауза, мир.
Фактически Иран стремится к устойчивому и длительному миру, причём не только в Персидском заливе, но и на всём Ближнем Востоке, что регулярно подчёркивают в Тегеране. Однако для этого потребуются другие США и Израиль — если не побеждённые, то как минимум существенно изменившие свою суть.
Первое невозможно на данный момент, второе — исключено при Трампе и Нетаньяху (хотя действия Трампа в перспективе могут привести к трансформации США), но в нынешних условиях сохраняется шанс на долгосрочное перемирие. Не просто формальное, закреплённое на бумаге, а реальное, имеющее потенциал продержаться не месяцы, а годы.
Трамп сильно пострадал от приключения, на которое его втянул Нетаньяху, поэтому Израилю долго не удастся вновь вовлечь Соединённые Штаты в новую кампанию против Ирана. Иран выходит моральным и потенциально геополитическим победителем, поскольку агрессоры, обладая военным превосходством, нанесли почти полное поражение, но одновременно совершили фатальную ошибку.
Они недооценили волю и стойкость древней арийской страны и её народа, для которых необходимость всеобщего противостояния зловещей агрессии становится ключевым фактором в формировании новой мировой политики.