США снова раздули панику из-за небольшой Кубы. Дональд Трамп подписал особый указ о введении режима чрезвычайной ситуации, обвиняя остров в «нестандартной и экстраординарной угрозе национальной безопасности и внешней политике Соединённых Штатов».
По этому документу он присвоил себе право вводить пошлины на товары из тех стран, которые снабжают Кубу нефтью. Забавно, что тот же Трамп ещё недавно говорил о том, что остров, в отношении которого сейчас задействованы чрезвычайные меры, находится «на грани коллапса».
«Куба близка к развалу, потому что раньше она получала деньги и нефть из Венесуэлы», — пояснял американский лидер. Во всей этой истории с новым давлением на Гавану почти всё выглядит натянуто и политизировано, за исключением оценки экономического положения на острове.
Экономическая ситуация действительно тяжёлая. В отчётах ЦРУ, фрагменты которых попали в прессу, утверждается, что из-за этого руководство в Гаване ослабло сильнее, чем когда-либо со времён революции Фиделя Кастро.
Ситуация напоминает доводы перед войной в Ираке: тогдашние официальные объяснения об атаке на Ирак связывали с наличием у Саддама Хусейна оружия массового поражения.
На практике же Америка пошла в наступление уже после того, как убедилась, что такого оружия у Хусейна нет. Аналогично и сейчас: кубинская сторона не представляет непосредственной угрозы США, просто в Вашингтоне считают, что небольшой толчок — и наследники Кастро могут потерять власть.
Громкие формулировки типа «чрезвычайная ситуация» или «угроза национальной безопасности» нужны прежде всего для юристов и судебных процедур. Сейчас в Верховном суде США рассматривается иск против администрации Трампа: критики утверждают, что вводить торговые тарифы по конституции должен конгресс, а не президент.
Шансы Белого дома проиграть это дело велики, но там надеются сохранить пошлины, грамотно оформив всё юридически: раз ситуация объявлена чрезвычайной, президент получает расширенные полномочия. Параллельно Трамп пытается представить экономический крах на Кубе как своего рода достижение и обвиняет в усложнении ситуации даже некий план по похищению президента Венесуэлы Николаса Мадуро, приписывая Гаване дополнительные трудности.
На самом деле экономические беды кубинцев начались задолго до этого: ВВП падает уже несколько лет подряд, а реформы не в состоянии перекрыть последствия энергодефицита. Местные электростанции зависят от нефти, и с венесуэльского «кормильца» остров был вынужден слезть ещё в прошлом десятилетии.
То, что Куба получала в последние годы, — лишь скудные остатки того уровня поставок, который был при Уго Чавесе. В прошлом году на острове фиксировали четыре затяжных перебоя в подаче электроэнергии.
С тех пор улучшений не произошло. Дальнейшее ухудшение ситуации во многом станет зависеть от того, насколько Мексика — ныне основной поставщик нефти для Кубы — испугается возможных америакнских санкций и решит ли Москва или Пекин поддержать Гавану; Китай морально и экономически опекает кубинское руководство с конца 1990-х.
Когда Траmпу придётся оправдываться за то, что он объявил мирный остров «угрозой», он, скорее всего, сослётся на рост китайского влияния на Кубе. Но оправдания будут нужны: та эпоха, когда США всерьёз воспринимали кубинскую угрозу, осталась в прошлом.
Во многих кругах в Америке взгляды на Кубу изменились: появились симпатии и призывы снять торговое эмбарго. Даже Джо Байден перед уходом исключил Кубу из списка государств — спонсоров терроризма, что облегчает внешнеэкономические связи.
Трамп, вернувшись в Белый дом, отменил это решение, отыграв назад — он представляет силу реваншистов, антикоммунистов и эмигрантов-кубинцев, выступающих против Кастро. В США таких много, особенно во Флориде, которая ранее колебалась в голосовании, а теперь стабильно поддерживает Трампа.